Пришло время перемен. Информацией поделилась Наталья Третьяк


на фото наталья третьяк

В недавнем докладе, первый заместитель министра образования Наталья Третьяк сообщила, что наступило время для серьезных перемен в законодательстве, которые бы затрагивали места и роли молодых ученых в системе координат России.

Прошлая редакция закона была принята около 9 лет назад и морально устарела. В данный момент поменялись не только законодательные реалии, но и обеспечение, материальная база, требования и многое другое, все это, как считает Наталья Третьяк ( подробнее на http://tretjak-natalja.ru/intervyu-na-telekanale-sankt-peterburg/ ), должно найти отдачу в проекте нового нормативного документа.

Она особо выделила, что участники школы молодого юриста должны с огромным рвением подойти к решени этого вопроса, так как практически будут работать и на свое благо.

Главной в этой бумаге должна стать фигура самого молодого ученого, как исследователя.

В разработке положений этого закона будут принимать участие целых 3 министерства, а также представители научной среды и общественных организаций. Более того, для подробной проработки документа будет привлечен максимально широкий круг заинтересованных людей.

Важно будет уделить внимание правовому статусу, соцзащите и поддержке молодого ученого, а также работе научных образований.

Исторический экскурс: негосударственные вузы России

Развитие высшей школы негосударственного типа в России приходится на начало XX века. В это время начинают складываться науки о человеке – психология и педагогика обретают собственную экспериментальную основу, происходит осознание объекта этих наук – личности. Образование получает новое теоретическое осмысление.

Революция 1905 г. предоставила высшей школе автономию. Вольная неправительственная высшая школа обрела возможность выхода из плена государственного казарменного управления. Одним из первых в стране высших учебных заведений, в котором Министерство просвещения не было полноправным хозяином, стал Психоневрологический институт Бехтерева В.М. Всей научной и учебной жизнью руководил Совет профессоров, в заседаниях курсовых комитетов участвовал представитель студентов с правом совещательного голоса.

Институт имел право свободного выбора предметов, которого не имело ни одно высшее учебное заведение России. Стратегическая задача заключалась в создании такого научно-учебного заведения, которое не повторяло бы казенный университет, а стало новым типом высшей школы. Возможность научного творчества и разработки новых курсов, которые отсутствовали в государственных вузах, привлекали в этот вуз крупнейших ученых того времени. Там преподавали: физиологию – Н.Е. Введенский, анатомию – П.Ф. Лесгафт, общую психологию – А.Ф. Лазурский социологию – М.М. Ковалевский, историю культуры – Е.М. Тарле. Именно в стенах Психоневрологического института стал известен впоследствии выдающийся русский социолог П. Сорокин.

Учебная деятельность тесно переплеталась с научной. Слушатели института могли активно участвовать во всех исследованиях. В.М. Бехтерев широко открывал двери клиник и лабораторий студентам. О результатах исследований сообщалось на научных съездах и конгрессах. Другой формой научной работы, получившей широкое распространение, были занятия в кружках, составившие целую систему. Они были филологического, философского, психологического, педагогического и иного профиля. С докладами и рефератами выступали не только студенты и профессора института, но и видные писатели, ученые, художники.

Для поступления в институт не устанавливались какие-либо ограничения, существовавшие в государственных вузах. К занятиям допускались лица, имевшие диплом об окончании среднего учебного заведения, независимо от пола, вероисповедания и наличия справки о политической благонадежности. Хотя диплом института не давал тех прав, которые получали окончившие государственное учебное заведение, число слушателей росло с каждым годом. Молодых людей привлекали отсутствие каких-либо ограничений при поступлении, возможность получения перспективной специальности, общая демократическая атмосфера. Представители студенчества допускались на заседания Совета института для изложения своих заявлений и прошений. Ничего подобного не было в казенных учебных заведениях. Все это позволяло современникам с полным основанием называть Психоневрологический институт вольной высшей школой.

За десятилетний период своего существования вольную высшую школу окончило около 8 тыс. человек, многим из которых дорога в казенные высшие учебные заведения самодержавной России тогда была закрыта. Концепция свободного университета была реализована также в Московском городском университете имени А.Л. Шанявского, Педагогической Академии Лиги образования.

Новые социально-экономические потребности развития России эпохи промышленного, политического, общественного подъема явились мощным толчком для зарождения негосударственного образования. Характерные для этого периода общественно-педагогические веяния, становление педагогики как науки не могли не привести к попыткам осуществить на практике идеи, выдвинутые передовой педагогической мыслью. Буржуазное развитие ставило перед высшей школой задачу работать не “на заказ” государства, а “на рынок” общества, что и означало автономию. Решительный выход за рамки государственно-обусловленной системы позволил разработать и реализовать эффективную модель высшей школы автономного типа. Но, к сожалению, “сумерки свободы” оказались недолгими. Вскоре после октября 1917 г. с автономией стали бороться методично, с хорошим знанием опыта прошлого. Национализация высшей школы привела к нивелировке всех типов учебных заведений, зародившихся в период “серебряного века”. Государственность победила, подчинив и поглотив образование. Вековое противостояние образования, общества и государства-казармы закончилось: на протяжении всего XX века вплоть до 80-х годов ни о какой автономии вообще речи быть не могло.

Опыт развития негосударственного образования в дореволюционной России показывает, что в процессе своей жизнедеятельности негосударственное образование всегда находилось в состоянии противоборства с государственной властью. Образовательная политика царских властей, понимая, что абсолютная свобода частной инициативы в образовании представляет угрозу стабильности государственного устройства, руководствовалась принципом, согласно которому не должно быть альтернативных, т.е. противостоящих державным целевым установкам учебных заведений. С другой стороны, прогрессивные ученые и педагоги постоянно стремились к расширению свободы частной инициативы в сфере образования, к реализации принципа академической автономии. Борьба правительства и общества шла с переменным успехом. На смену уставам, провозглашающим автономию, приходят уставы по духу авторитарные. Политика государства в отношении образования была подобна маятнику: то третирует его (образование) авторитарностью, то ласкает автономией. Особенно остро это проявляется в отношении высшей школы. Исходя из потребностей буржуазного развития, государство то предоставляет университетам некоторую самостоятельность, необходимую для успешного развития науки, то, испугавшись вольнодумства и смуты, натягивает поводья, делая проблематичным сам феномен и науки, и образования.

Исторический урок, преподанный негосударственным образованием современному обществу, состоит в том, что образовательная политика государства должна базироваться на поиске “равнодействующей” между свободой инициативы в сфере образования и опасностями, которые несет в себе безграничность этой свободы и полное отсутствие государственного контроля. В условиях современного общества данная проблема становится особенно актуальной, поскольку образование постепенно приобретает значение одного из наиболее влиятельных социальных институтов.

 



Нашли в тексте ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter

Выскажите своё мнение


Другие новости

Наука и технологии

Общество